Они лежали на холме около Вайнгунги, и утренний туман клубился зеленовато-белыми полосами под ними. Когда солнце взошло, туман превратился в колышащееся красно-золотистое море, затем рассеялся, и косые лучи озарили высыхающую траву, на которой сидели Маугли и Багира. Наступал конец холодов, листья и деревья казались усталыми и поблеклыми, и от малейшего дуновения ветра раздавался сухой шорох. Маленький листок бился неистово о ветку, как будто он был захвачен течением.
(...)
В индийских Джунглях одно время года переходит в другое почти незаметно. На первый взгляд там существует только два времени года: сырое и сухое; но если вы внимательно всмотритесь в потоки дождя и в облака пыли, то увидите правильно чередующиеся четыре времени года. Весна прекраснее всего, потому что ей не приходится покрывать чистые голые поля новыми листьями и цветами, а только прогнать и снять всю поблеклую зелень, все полуживое, полузасохшее, что оставила в живых мягкая зима. Весна должна обновить, сделать юной наполовину одетую землю. И она делает это так хорошо, что нигде в мие нет весны прекраснее весны Джунглей...
Бывает только один день, когда все устает, когда самые запахи, которыми насыщен воздух Джунглей, кажутся старыми и тяжелыми. Нельзя объяснить этого, но это чувствуется. Потом наступает иной день - глаз не замечает никакой перемены; но все запахи стали новы и прекрасны, и усы народов Джунглей дрожат от самых корней, а зимняя шерсть начинает вылезать с боков длинными клочьями. Тогда, если перепадет дождичек, все деревья, все кусты, и бамбук, и мхи, и все растения с сочными листьями просыпаются и растут с шумом, который вы почти можете слышать, а среди этого шума день и ночь раздается глухой гул. Этот трепещущий звук - шум весны, не жужжание пчел, не плеск падающей воды, не шелест ветра в вершинах деревьев, нет, это - мурлыканье теплого счастливого мира.
(с)