"- Ты умный и храбрый сукин сын, Ришье. Ты нравишься мне всё больше и больше… Но я всё равно тебя повешу.
- Спасибо."
"- Ты всё-таки чертовски храбрый сукин сын, Ришье! - засмеялся Мертвый Герцог, по-прежнему глядя в окно, - Скажи, почему я должен отправляться в ад?
Старое поверье. Живая кость может убить любого колдуна
- Герцог?
Анджей повернулся… увидел забрызганного кровью Ришье… замер… в мертвых глазах мелькнуло нечто, напоминающее испуг… Ришье ударил. Вспышка боли! Срубленные под острым углом кости руки вонзились Анджею в грудь… пошли к сердцу…
Анджей зашипел… В мертвых глазах наконец появилось некое подобие жизни. Ришье повалился на него, всем телом вгоняя остатки руки глубже… Выдохнул в бледное лицо:
"Я закончил физический факультет. я - физик. Физики - это люди с хорошим чувством юмора. Но у меня нет чувства юмора. Точнее, мне говорят, что у меня нет чувства юмора. Лично я так не думаю. Люди смеются, когда смотрят фильмы Чарли Чаплина, особенно, когда кто-то из героев фильма падает или получает пощечину. Мне не смешно. Я плачу. Поэтому у них есть чувство юмора, а у меня нет."
"Когда работаешь на почте, многое начинаешь понимать. Кому и зачем сейчас пишут люди? Это даже странно. Есть телефон, есть Интернет, электронная почта - весь мир, словно кокон с гусеницей, внутри укутан в эти невидимые нити. Они вокруг, они пронизывают всё окружающее пространство - кабели, серверы, передатчики, волны. Кто сказал, что гусеницы всегда превращаются в бабочек?..
Информационная цивилизация - это мы, у нас вместо чувств - чипы и файлы. Не жизнь, а информация о жизни. Все это скоро с грохотом навернется."
"Иначе жизнь не почувствовать, только на краю смерти. Боль - первый признак жизни. Он и последний. Самоубийца, думаешь, о чем мечтает? Понять, что он ещё жив. Только перед самой смертью и почувствует. А в жизни не может, так ему плохо."
"- Митя, ты знаешь такое чувство… Ты кого-то очень любишь, а он всё делает не так? Знаешь?
- Да, - отвечаю я, мне кажется, что я знаю это чувство.
- И какой у тебя первый порыв?
- Хочется его убить, - говорю я.
- Из любви… - продолжает Данила.
- Да, из любви, - я соглашаюсь.
Это так. Если ты кого-то любишь, а он всё делает НЕ ТАК, то хочется его убить. Непонятно, почему. Ты же его любишь! Он должен делать так, как нужно, как правильно. Чтобы у него в жизни всё было хорошо, чтобы он был счастлив, чтобы он радовался тому, что ЖИВЁТ.
- И вот поэтому тебе кажется, что ты хочешь мир разрушить. А на самом деле, ты его любишь, - Данила говорит проникновенно, от самого сердца. - Просто тебе невыносимо видеть, что всё в нём НЕ ТАК. Что люди несчастны, что души их неприкаянны, что близости между ними нет. Все одиноки.
- Как Дмитрий, - добавляет вдруг Анхель.
И я снова начинаю плакать. Мне жалко Дмитрия. Он, конечно, дурак. Но он одинокий и ему плохо. Он ни с кем не разговаривает, и о нем никто не знает. А как его любить, если его никто не знает? И я его ненавижу, потому что он все делает НЕ ТАК. Я убил бы его! Почему он всё делает не так? Почему?!
- Митя, не плачь, - говорит Данила. - Всё наладится. Вот увидишь. Только надо верить, что всё будет ТАК."
"- У меня есть диагноз - шизофрения. Правильно?
- Есть, - согласился мой собеседник и едва качнул головой.
- Шизофрения - это раздвоение личности. Но разве "здоровые" люди не раздвоены?
- Хороший вопрос, - улыбнулся он, - Попробую ответить. Люди раздвоены. Это правда. В каком-то смысле мы все шизофреники."
"Мы не даем себе шанса быть цельными. Мы раздвоены. Это потому, что мы не доверяем себе. Не многие, я думаю, с этим согласятся. Но если они захотят быть честными сами с собой, то подумают и не станут с этим спорить.
Нам кажется, что у нас есть "темная половина" - недостойная, порочная, слабая, глупая. Каждый думает о ней по-своему, но все мы её ненавидим. Мы ненавидим что-то в себе и скрываем его от других, а часто - от самих себя.
Но от кого ты бежишь, ищущий человека? Ты бежишь от самого себя.
Убегая от самих себя, не доверяя себе, мы не способны на поступки. Мы находим тысячу объяснений, которые освобождают нас от необходимости совершать их и менять свою жизнь. А поэтому наша жизнь не меняется.
У нас иногда возникает иллюзия изменений. Нам кажется, что мы растем. Но подлинных изменений не происходит. Потому что двигаться вперед можно, лишь опираясь на правду. А эту правду в себе ещё нужно найти…
Вот что происходит: люди живут, играют в лото, влюбляются, а человек стреляется, и никто не заметил, что человеку было плохо. Может, это и есть человеческая комедия (так написано у Антона Павловича Чехова), когда люди не чувствуют, что происходит с теми, кто рядом.
Ты понимаешь, какая странная история. Кажется, началась перестройка. Жизнь стала неузнаваемой, а человек не меняется. Как и в прошлом веке, люди вместе, но они одиноки. Им как бы не даны умение и желание понять друг друга. Никогда.
Вот я где-то читала, что Чехов однажды пришёл в гримерную комнату к своему товарищу и там встретил актера, который был весел, остроумен, похохатывал и рассказывал анекдоты. А когда тот вышел, Антон Павлович сказал другу: "Послушайте, это - самоубийца". Так и случилось... Но это почувствовал Антон Павлович - человек уникальный, несуетящийся, который не любил праздновать Новый год и свой день рождения. Были ведь такие люди. А многие тогда и сейчас жизнь проводят в суете, довольствуясь поверхностными, мелкими радостями.
Инна Чурикова. Из интервью с Марией Райкиной. "Москва закулисная 2".
"Возлюби ближнего своего" – это значит прежде всего: "Оставь ближнего своего в покое!" – и как раз эта деталь добродетели связана с наибольшими трудностями. - Ф. Ницше
Вы видели человека, который всегда говорит правду? Когда он выходит из ворот, улица пустеет. Замешкавшийся прохожий получает в лицо всю правду-мать и остается сломленным навсегда.
"Вот и всё, ангел молчания. Вот и всё. Теперь ты никогда уже не сможешь ничего сказать. Говорила же тебе, никогда не молчи, когда любишь. Никогда не молчи. Это же так просто: я тебя люблю. Я тебя люблю. Не можешь сказать - напиши. И не забудь указать время" (с) Похитители книг
"От фильмов и книжек только вред. Насмотришься, начитаешься, навыдумываешь себе что-нибудь, а жизнь совершенно другое. В жизни всё по-другому. Когда-нибудь ты это поймёшь или нет? Когда-нибудь ты это поймёшь. Или нет…" (с) Похитители книг
Странное дело. Иногда всю жизнь вот так ждешь чего-то, ждешь, надеешься на чудо, и когда уже совсем не остается надежды, оно сбывается, но уже нет той радости, того безумного восторга, какой возникает при мгновенном исполнении твоего желания. Размышляя над этим, можно предположить, что если есть где-то такое место, где задуманное автоматически сбывается, то наверняка, люди, живущие там, просто дохнут от скуки с таких чудес.
"Все пути никуда не ведут, но у одного есть сердце, а у другого - нет. Один путь доставляет радость, и пока ты идешь по нему - ты неотделим от него,а другой путь заставляет тебя проклинать всю свою жизнь. Один путь наделяет тебя силой, а другой - лишает ее."
Как наивны и далеки от реальности люди, полагающие, что могут быть одновременно добрыми и счастливыми. Если все так и сложится, то можешь считать себя удостоившимся благодати. Однако, если придется выбирать, то должно победить добро, а не счастье <...>
Это одна из немногих вещей, в которые я до сих пор верю.
'You have been tried by twelve good men and true, not of your peers but as high above you as heaven is of hell, and they have said you are guilty. Time will pass and seasons will come and go. Spring with its wavin' green grass and heaps of sweet-smellin' flowers on every hill and in every dale. Then sultry Summer, with her shimmerin' heat-waves on the baked horizon. And Fall, with her yeller harvest moon and the hills growin' brown and golden under a sinkin' sun. And finally Winter, with its bitin', whinin' wind, and all the land will be mantled with snow. But you won't be here to see any of 'em; not by a damn sight, because it's the order of this court that you be took to the nearest tree and hanged by the neck til you're dead, dead, dead, you olive-colored son of a billy goat.'